Всё о жизни в ТЮРЬМЕ

на главную | блог | форум

Анекдоты | Советы родственникам

Алексей Павлов

Должно было быть не так

<<< назад | оглавление | вперед >>>

Глава 8. КАК ХОРОШО БЫТЬ ГЕНЕРАЛОМ ИЛИ ПРЕСТУПНАЯ ФИЛОЛОГИЯ

     "Посмотрим на него!" -- раздался за дверью начальственный  голос, затем
услужливый отклик: "Конечно,  здесь! Живучий как собака". Открылся глазок, и
кто-то долго пялился в него.
     -- Павлов, на коридор! Руки за спину. Пошли.
     Свежий воздух, яркий свет. Кабинет начальника. Пленка  кино перескочила
на следующий кадр, и трудно поверить, что полминуты назад было по-другому.
     -- Здравствуйте, гражданин Павлов.  Я  -- старший  следователь по особо
важным  делам Генеральной прокуратуры Российской Федерации,  государственный
советник юстиции третьего класса  генерал Суков. -- За столом сидело крупное
добродушное воплощение законности в  синем мундире с генеральскими погонами.
Генерал   не  скрывал  своего   счастья.   --   "Садитесь.   Мои  полномочия
удостоверяются соответствующими документами  и  имеющимися у  меня бумагами.
Для  того чтобы у Вас, Алексей Николаевич,  не было  сомнений в  за-конности
проводимых  действий,   здесь   присутствует  адвокат   местной  юридической
консультации товарищ  Иваненко". Одетый  в  старинный сюртук  с  обсыпанными
перхотью плечами, товарищ  Иваненко  смотрел широко распахнутыми  глазами, в
которых был страх, и ничего более; бедняга даже забыл закрыть рот. Начальник
ИВС поднялся: "Наверно, я могу вас оставить, товарищ генерал?"
     -- Да. Я думаю, у гражданина Павлова нет сомнений  в достоверности моих
полномочий.
     -- Дверь оставить открытой?
     -- Нет, можете закрыть. Я  полагаю,  глупостей  не  будет. Да,  Алексей
Николаевич?
     Это  он, кажется,  ко  мне.  Контраст воздуха и света отозвался звонкой
головной болью. Медленно и тяжело подступал сердечный приступ.
     -- Состояние  вполне  понятное,  --  послышался  удовлетворенный  голос
генерала,  вслед за тем, как  мне  удалось схватить рукой  и притянуть назад
попытавшееся ускользнуть в сторону сознание.  -- Если хотите, можете курить.
Угощайтесь: московские. "Золотая ява".
     -- Спасибо, я -- "Мальборо".
     -- Ну, конечно,  -- закивал  генерал,  -- понимаю. Вы  же очень богатый
человек.
     -- Я бы не сказал.
     -- Вы и самолет себе  можете купить. Еще не купили? У Вас есть самолет?
Да, Алексей Николаевич, честно  скажу:  трудно пришлось  с Вами, без  ФСБ  и
контрразведки  могли  бы  не  справиться.  У нас  собрано достаточно  улик и
доказательств, позволяющих предъявить  Вам  обвинение в  совершении  тяжкого
преступления, предусмотренного  статьей  160,  часть  3  Уголовного  кодекса
РСФСР,  --   хищение  государственного   имущества  в  крупном   размере  по
предварительному сговору группой лиц. Данное преступление карается  лишением
свободы  на срок от пяти до  десяти  лет. Я предъявляю Вам обвинение, и,  по
закону, обязан  допросить Вас.  Вот по-становление о привлечении  в качестве
обвиняемого, вот постановление об объявлении Вас во  всероссийский розыск, о
применении  меры   пресечения  --   взятии  под  стражу.   Как  видите   все
санкционировано заместителем  Генерального прокурора, вот печати Генеральной
прокуратуры -- настоящие! Ознакомьтесь.
     Читаю. Содержание отдаленно похоже на то, что было в факсе, и не похоже
ни на что, хоть отдаленно напоминающее разум.
     --  Могу я получить  копии подписанного мною факса и предъявленных  мне
сейчас постановлений?
     --  Конечно,  Алексей  Николаевич, только  не  копии  --  имеете  право
переписать, но сначала надо поставить подпись.
     -- Дело в том, что я не согласен.
     -- С чем? С обвинением или поставить подпись?
     -- Ни с чем. Я имею право отказаться?
     -- От дачи показаний -- да, имеете право отказаться,  но  обвинительные
документы  надо подписать,  Вы же ознакомлены.  Вот, товарищ Иваненко  может
подтвердить,  --  Суков повернулся к нему. Иваненко, заглатывая воздух, стал
повторять: "От дачи  показаний имеете право отказаться, но документы следует
подписать -- Вас ознакомили".
     -- Хорошо, подпишу.
     -- И число поставьте: 14 марта 1998 года.
     -- А какое число сегодня?
     -- 20-е, но Вам же предъявили факс?
     -- Да.
     --  На  нем  стоит  14  марта.  Документы  одни  и  те  же. Должно быть
единообразие. Значит, и здесь нужно поставить 14-е.
     -- Хорошо, -- сказал я и поставил число: 20 марта 1998 года.  Генерал и
бровью не повел.
     -- Гражданин Павлов,  я  обязан задать  Вам  вопрос. Вы  признаете себя
виновным?
     -- Нет.
     -- Может, частично?
     -- Нет, ни в чем.
     --  Как  же  ни в чем? Следствие  установило,  что, находясь  на  посту
Президента Международного  инновационного  банка,  Вы,  используя  служебное
положение,  совершили хищение госимущества в размере  112 миллионов долларов
США  в  период  с  февраля по  август  1995  года. Срок  давности  по  таким
преступлениям не существует.
     -- Но в указанный период я не работал в банке.
     --  Работали,  Алексей  Николаевич, --  ласково  возразил  генерал,  --
работали!  Если бы я  этого  не установил, я не  был бы генералом. Гражданин
Павлов, сейчас я задам Вам  несколько вопросов. Ответы имеете право записать
собственноручно.
     --  Я  бы  хотел   сначала  воспользоваться  своим  правом   переписать
документы.
     --  Сегодня  уже  поздно,  Алексей  Николаевич,  сейчас ночь.  В Москве
перепишите.
     -- С Вашего позволения, Ваши вопросы я выслушаю тоже в Москве.
     -- Хорошо. Все предъявленные Вам документы -- в нескольких экземплярах.
Подпишите их, они идентичны.
     -- Исключено.
     -- Почему? Вы обязаны.
     -- Потому что, руководствуясь остатками  здравого смысла, я  убедился в
своем предположении, что Ваши действия ничего общего с законом не имеют, и я
постараюсь это доказать.
     -- Алексей Николаевич, а кто Вы по образованию?
     -- Учитель русского языка и литературы.
     Вот тут генерал удивился:
     -- Да что же это такое, что ни обвиняемый, то филолог! Вы знаете, после
перестройки   люди   с  филологическим  образованием  часто  бывали  у  меня
обвиняемыми в тяжких преступлениях. Вы будете давать показания?
     -- Нет.
     -- Ну, хорошо. У Вас  есть  время подумать. Когда надумаете, обратитесь
ко мне письменно. Вас привезут ко мне. Напишите чистосердечное признание. Но
только Вы -- сами. Я к Вам уже не приду.
     В  камеру я возвращался  думая  о происхождении  генеральской  фамилии.
Хлопнула за спиной дверь, и пленка кино съехала на кадр назад.

<<< назад | наверх | оглавление | вперед >>>

ОБСУДИТЬ НА НАШЕМ ФОРУМЕ | В БЛОГЕ

Анекдоты | Советы родственникам

При использовании материалов сайта в интернете обязательна ссылка на сайт и автора следующим образом: © Виталий Лозовский, Все о жизни в тюрьме на TYUREM.NET Вне интернета - только с разрешения автора